?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Каждый клиент всегда остается бесценным опытом для аналитика. Часто такой опыт оставляет что-то вроде зарубки в душе. Проходит время, и мы, клиент и \ или аналитик,  иногда возвращаемся в своих воспоминаниях к тому времени, в котором совместно переживалось психическое.  Бывает, что история, рассказанная человеком, так витиевато преломляется, а аналитический процесс высвечивает такие темные углы или бесценные находки, что общая картина становится с одной стороны удивительно уникальной, а с другой может очень хорошо соотноситься с судьбами других людей.

Как быстро бежит время. Пять лет назад ко мне обратилась женщина с просьбой об экстренной помощи. В письме она сообщила, что находится на грани самоубийства. Свою проблему она описала примерно так: негативный первый сексуальный опыт, который она рассматривала, как причину ее сегодняшнего отношения к мужчинам. Это отношение носило характер пренебрежения, грубости и неуважения. В настоящий момент, писала она, ей плохо, она в депрессии, полностью ушла в работу, разочарована в себе, в людях, также она отмечала в себе нелюбовь к собственному телу.  Я ответил на ее письмо и предложил консультацию, однако из-за того, что  в момент получения письма был в Подмосковье на выходных, то консультацию назначил на понедельник.

В ответ я получил новое письмо, в котором она сообщает, что не сможет ждать. «Ей плохо, жизнь катиться к чертям». В этом же письме, она добавила новые подробности, которые несколько изменили мое представление о ней. Она сообщила, что ей 39 лет, что она много лет назад развилась с мужем, у них растет дочь, которой 15 лет, и что её сегодняшний кризис, в том числе связан с ребенком. После развода со вторым мужем и до сих пор у нее заниженная самооценка. Я также обратил внимание, что ее первое письмо было направлено не только мне, а также 3-4 адресатам, по-видимому, другим психологам. В последствие, она мне сказала, что решила продолжить общение только с тем из них, кто быстрее всего откликнется, и кто больше потратит время на ответ. В итоге, она выбрала меня, потому что у меня было «более развернутое» письмо, и потому что я мужчина. Какая жизненная сила и активная деятельность по рассылке писем и организации целого конкурса по отбору психолога у человека, который грозит совершить самоубийство!?!

По большому счету в Москве работает служба экстренной бесплатной психологической помощи, и если говорить о том, что тут можно посоветовать человеку, находящемуся, по его словам, на грани самоубийства, то, скорее всего, ему лучше позвонить туда. Но здесь был явно не тот случай. Я решил все-таки проверить свои подозрения об истерическом характере угрозы суицида, ну и, разумеется, постараться помочь человеку, который в любом случае нуждается в психологической помощи и коррекции. По правде говоря, сейчас я такие номера не откидываю. Я стараюсь помочь в любом случае человеку, который обратился ко мне за помощью, как-то перенаправить его в другие инстанции, если я понимаю, что он нуждается в первичной поддержке. Тем более, что это бесплатно и доступно. В начале своей психологической работы, в том числе, в интернете, я раздавал на право и налево психологические рекомендации и советы, отвечал на письма и запросы в icq и скайпе. И много раз вместо хотя бы вежливого признания клиента, что у него нет денег, чтобы оплатить мое время и мой труд, я получал в ответ на мою просьбу рассмотреть возможность оплаты моей услуги, громоподобные  обвинения в безнравственности, алчности и бездушности психологов и врачей. И это после нескольких часов моего времени и душевных затрат! В нашей стране очень сильно исковерканной социалистическим наследием, у многих еще жива тяга к халяве при всяком удобном случае, и нет культуры отношения к врачующим. Мы будем обвинять психологов в бездушии, и наполнять эфир рассказами о корыстных врачах убийцах, нежели чем примем единственную истину: если ты экономишь на себе, своём душевном и телесном здоровье – это твое дело, но давай не будем экономить за счет других. Деньги – это отражение реальности, обнуление реальности – это признаки психологических и социальных проблем. Об этом я писал в своей статье «Деньги и Реальность».

Итак, я ответил ей на второе письмо и предложил время для экстренного телефонного консультирования. В трубке я услышал слегка встревоженный немного низкий голос женщины, которая с ходу стала описывать свои проблемы и состояния, выкуривая сигарету за сигаретой. Она говорила и говорила, а я просто слушал: возможности что-либо сказать, в ответ на ее рассказ,  и да нужды в этом со ее стороны, назовем ее N,  я не заметил. Мне в ухо лилась следующая история:

Суицидальные мысли, возникли пару недель назад, в связи с «осознанием» прошлого. Одним из триггиров (спусковых щелчков) стало сообщение ее 15 летней дочери о том, что она вступила в сексуальные отношения с молодым человеком. Эта новость, по словам клиентки, «оторвало ее от дочери», т.е. она стала чувствовать равнодушие по отношению к ней, как если бы с ней «исчезла физическая связь».

N очень привязана к своему отцу, который умер несколько лет до этого. Также она  призналась, что чувствует вину за его смерть, потому что сказала ему какие-то слова, которые «его убили». Она также ненавидит свою мать, которая, по ее словам, не любила отца и часто ему изменяла. Смерть отца обернулась для нее настоящей трагедией. У нее возникло желание все разрушить, и она принимает решение уйти от второго мужа. Более того, после многих лет благополучного существования (N была дочерью высокого чиновника) она лишается его материальной поддержки и протекции, испытывает большие трудности и была вынуждена искать работу. Большую часть своей жизни она не работала. Спустя 3-4 года она сумела открыть свое небольшое дело, которое стало приносить ей деньги. Деньги помогали скрашивать ее боль. Она тратила большие суммы на развлечения, отдых, покупки, имела склонность вступать в краткосрочные отношения с молодыми людьми гораздо младше ее возраста. Одновременно с этим она была очень сильно привязана к своей дочери. N призналась, что очень боится ухода молодости и завидует своей красивой дочери, ее молодому телу так сильно, что даже испытывает сексуальные чувства. Она гордится тем, что они встречались с парнями одинакового возраста: когда они  идут по улице, то никому и в голову не придет,  что это мать и дочь.

N говорит, что ее нынешнее состояние накатилось как снежный ком, что  чувствует безысходность. Недавно ее молодой человек нанес ей большую рану, назвав ее «тетей». Она снова и снова говорила о ревности к дочери и ее молодости, ненависти к матери, о своем потребительском отношение к молодым людям, с которыми встречается. Она привыкла ни в чем в себе не отказывать. Шопинг ее спасал, но недавно уже и покупки перестали приносить успокоение…

После нашей беседы ей стало лучше, и мы договорились о проведении очной консультации. Уже из разговора стали проступать запросы N:

1)      неотсепарированность от родительских фигур и не пережитая смерть отца, чувство вины

2)      незаконченность прохождения предыдущих фаз развития и кризисов.

3)      нарциссическая проблематика, неадекватная самооценка и самовосприятие.

В ходе нашей работы с N красной нитью прошли ее отношения с собственным отцом, и анализировались влияние этой связи на личностное развитие клиентки и ее отношения с окружающим миром.  Ниже, я приведу некоторые  мои записи, которые я оставлял в ходе нашей работы, и которые, напрямую, затрагивают и описывают ее психологические проблемы. Также по ходу изложения будут приведены мои комментарии. Одной из цели данного эссе показать, как может разворачиваться аналитический процесс. Наша работа была прервана клиенткой. Такое бывает. Обращаю внимание читателей, что информация частично изменена и существенно сокращена для сохранения конфиденциальности и удобства восприятия.  По мере изложения в кавычки взяты прямые фразы клиентки во время сессий, а в квадратные скобки обобщающие комментарии автора сделанные при обработке материала.

1.

У N наблюдался ярко выраженный отцовский комплекс -  идеализация и обожание отца, любовь «почти физическая», выбирает партнеров (и это хорошо осознает) внешне «по образу и подобию» отца,  например, последнее увлечение (молодой человек из другого города на 18 лет младше ее очень похож на ее отца в молодости). Один из запросов клиентки «устала быть в отношениях с противоположным полом, которые строятся по принципу «мать-сын». Отцовский перенос носит характера проекции отца - «КОРОЛЯ», по сравнению с которым, все остальные мужчины, в том числе и ее бывшие супруги, кажутся «щенками». Для поддержания этого образа, она не идет на связь с взрослыми мужчинами, а предпочитает зависимых и подчиненных мужчин. Они, с одной стороны, поддерживают ее образ себя, как молодой девушки, с другой, гарантируют сохранность идеализированной отцовской фигуры, которая находится в ее психике, как автономное образование – вне доступа критики и вне конкуренции.  [Кроме того, их держать под контролем и обводить вокруг пальца. N в подобных связях воспроизводила и отыгрывала давнюю травму, о которой будет сказано ниже.]

Что N нравится в отце? – Он сильный, умный, успешный. С ним она могла проводить часами свое время и всегда чувствовала комфорт, уверенность и безопасность, в то время как ее бывший супруг, да и другие мужчины «все время ерзали и суетились вокруг нее». «Отец – как Гулливер в стране лилипутов». И она считает не просто себя дочерью «короля», но скорее «королевой», не принцессой – нет. Она была принцессой, а потом стала «королевой», потому что ее мать, по ее словам «гулящая, недостойная отца женщина», поэтому бессознательно «я стану хорошей и достойной женой своему отцу».  Такие отношения выстраивались еще и потому, что отец всегда ревновал N к своей жене, которую подозревал в изменах и разгульной жизни, и «больше всего боялся, что дочь будет как она», поэтому старался минимизировать ее общение с матерью. О матери клиентка говорит мало, она была в курсе того, что мать постоянно изменяет отцу, но «женская солидарность» не позволяла ей, что-то рассказывать. [Из этого материала видно, что послужило развитию нарциссической личности N – это неискренность и фальшь в родительской паре, когда ребенок вынужден подстраиваться и играть, а также осознанно или неосознанно использовать конфликты родителей в своих целях, например, в достижение любви обоих.]

Для отца дочь была «светом в оконце». N играла роль хорошей дочери, хотя вела довольно разгульную жизнь. Если бы отец узнал об этом, о том, что его дочь не «такая чистая», то это бы его убило. Осознавала ли она, что несмотря на все попытки отца отгородить ее от матери, N стала такой же как она? По-видимому, в своих беспорядочных связях она находила поддержку у матери. Несколько мужей в ее жизни, шли каким-то фоном, даже ее мужья. Незадолго до смерти отца, у него произошел серьезный конфликт с женой, в ходе которого всплыли ее измены. Отец очень переживал и пытался найти поддержки у любимой дочери. Однако N, по ее словам, в разговоре «ляпает», что и сама часто изменяла своим мужьям. Этот разговор стал для отца N настоящим шоком: он словно сломался. Его гордый нрав и уверенность в себе исчезла, он стал «угодлив, льстивым и  заискивающим, стал напоминать ей других мужчин». [Как так получается, что любимая дочь, которую отец лелеял и любил, может причинить ему такую боль? Одно из свойств нарциссической части личности – это неосознанная ненависть за фрустрации в прошлом, за одиночество и отвержение, за ощущение «использованности» и за то, что им слишком рано пришлось столкнуться с «нелюбовью».]

Я также замечаю, что N говорит об отце, включая рассказы о последнем периоде  его жизни, так,  как если бы он был молодым, а вовсе не пожилым человеком, и в ее внутреннем мире продолжал успешно конкурировать со всеми окружающими ее мужчинами. Настоящего мужчину она боялась к себе подпустить, иначе это могло бы угрожать верховенству ОТЦА. Идентифицируясь на сознательном уровне с идеальным отцом (то есть она воспринимала себя как хорошую девочку), бессознательно она вела себя как мать.  Мы видим, как ее переполняет внутренний конфликт: в своей сознательной установке N - честная, успешная, правильная, молодая девушка, дочь идеального отца,  а в ее бессознательном при этом, живет и управляет подавленный тайный образ матери – распутной, свободной от обязательств, жестокой, использующей своего мужчину для собственного комфорта и выживания, и уже не молодой женщины. [Для поддержания отцовского комплекса женщина стремиться как можно дольше оставаться «дочкой». Связь со взрослым мужчиной будет напоминать ей, что она больше не дочь. Кроме того, такие женщины пытаются строить свои отношения с собственными детьми, как с друзьями и подругами, убегая от реальной материнской ответственности и зрелых отношений. Но тут важно заметить, что у N – ее ложное самовосприятие связано с сознательной любовью к отцу, которая носит почти инцестуозный характер, но связь с матерью еще глубже, но погружена в ее ТЕНЬ. Ее теневые поступки в точь-точь воспроизводят материнские, но это она вытесняет, чтобы поддерживать идеализированный образ себя. Другими словами, здесь мы сконцентрировались на отцовском комплексе, но в действительности более глубоко лежит негативный материнский комплекс, до которого мы, по причине прерванной работы, просто не добрались.]

(Москва 2007-2012 гг.)
Продолжение следует.

Прочитать эссе полностью можно здесь: http://mojarov.ru/papina-dochka/

Latest Month

December 2017
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow