Andrey Mozharov (andreymozharov) wrote,
Andrey Mozharov
andreymozharov

К.Г. Юнг о направленном и фантазийном мышлении.

Когда мы рассматриваем наше мышление вблизи и когда мы прослеживаем какое-нибудь интенсивное движение мысли, например разрешение какой-то трудной проблемы, ты мы внезапно замечаем, что мыслим словами, что , думая очень интенсивно,мы начинаем говорить сами с тобой, и что  мы для окончательного выяснения записываем проблему иногда проблему или схематически зарисовываем ее. (...) Особенно напряженный ход мыслей протекает более или менее в словесной форме, т.е. так, как если бы хотелось его высказать, преподать или убедить кого-то в его правильности. В этом смысле направленное или логическое мышление, протекающее в известном направлении, является действительным мышлением, мышлением, приспособленным к реальности, с помощью которого мы имитируем последовательность объективно реальных вещей, так что образы внутри нашего разума следуют один за другим в той же самой последовательности, как и события, имеющие место вне его.
Мы называем такое мышление также "мышлением с направленным вниманием". оно обладает той особенностью,что вызывает утомление, потому может быть приводимо к функционированию лишь на определенным отрезки времени. Все наши, столь дорого обходящиеся нам, жизненные достижения есть приспособление к окружающей реальности; частью которого является  направленное мышление. Выражаясь биологически , оно представляет собой не что иное, как процесс психической ассимиляции, сопровождающийся , подобно  любому жизненному достижению,соответствующим истощением (изнеможением).
Материал, которым мы мыслим, есть речь и словесные понятия, предмет, всегда являвшийся внешней стороной, мостом и имевший единственным  назначением своим -  быть средством коммуникации. До тех пор, пока мы мыслим направленно, мы думаем для других и обращаемся с речью к другим.
Изначально язык был системой эмоциональных звуков и звукоподражаний, выражающих страх, ужас, гнев, любовь и так далее или имитирующие стихийные шумы, журчание и плеск воды, громовые раскаты, завывание ветра, звериные звуки, и наконец,  такие, которые являются сочетанием звука восприятия и звука аффективной реакции.  
Таким образом, язык первоначально является, по существу, не чем иным, как системой знаков и символов, обозначающих действительные события или их отзвук в человеческой душе. Поэтому приходится решительно согласиться с Анатолием Франсом, когда он говорит:
"Что такое мыслить? И каким образом мы мыслим? Мыслим мы словами; одно это является чувственным и возвращает нас к природе.  Подумайте, что метафизик, дабы составить систему мира, может пользоваться лишь усовершенствованным криком обезьян и собак. То , что он называет глубокомысленным умозрением и трансцендентальным методом, является лишь укладыванием, в произвольном порядке, звукоподражаний, издаваемых в первобытных лесах голодом, страхом, любовью, - звукоподражаний, которые стали мало-помалу считаться отвлеченными, - они же являются лишь ослабленными. Не опасайтесь того, что этот подбор угасших и ослабленных восклицаний, из которых составлена философская книга, мог бы научить нас стольким вещам о мире, что мы окажемся уже не в состоянии жить в нем". 
Таково наше направленное (логическое) мышление ; пусть мы являемся самыми одинокими и от мира отрезанными мыслителями, это мышление есть все же не что иное, как известная ступень, идущая от протяжного клича товарища своим компаньонам о найденной воде, а другого - об убитом медведе; о близящейся буре или что волки неподалеку от места стоянки.  (...) Даже самая отвлеченная система философии является по средствам и по цели своей не чем  иным, как необычайно искусственным сочетанием первичных природных звуков. 
Отсюда страстное стремление таких мыслителей, как Шопенгауэр и Ницше, быть признанным и понятым; отсюда и отчаяние их и горечь одиночества. Можно было бы ожидать, что гениальный человек способен блаженно удовлетвориться величием своей собственной мысли и махнуть рукой на дешевый успех у презираемой им толпы; но и он подвластен стадному инстинкту, более могучему, чем он сам. Его поиски  и находки, его призыв - все это имеет неустранимое отношение к "стаду", и поэтому должно быть услышано. 
(...) Что происходит, если мы не мыслим направленно? Направленное мышление есть своего рода "внутренняя волевая деятельность", отсутствие которой с неизбежностью приводит к "автоматической игре идей". Это так называемое "обыденное мышление". Такое мышление не утомляет, а ведет от реальности к фантазиям о прошлом и будущем. Здесь мышление прекращается, образ теснится к образу, чувство к чувству, и все явственнее и смелее выступает тенденция, которая претворяет совершающее в нечто, что происходит согласно не с действительностью, а с желательностью. Материал этого мышления, оторванный от действительности, может, естественно, состоять только из прошлого с его тысяч картин воспоминаний. В обыденной речи такое мышление называемся "мечтанием".  (...) При шизофрении мы встречаемся  с тем сверхлингвистичеким или чисто "фантазийном" мышлением", которое протекает среди "невыразимых" образов и чувств. Некоторое впечатление от этого можно получить, когда пытаешься осмысливать жалкие и смутные словесные выражения этих людей. И самим больным , как я это неоднократно замечал, стоит бесконечных усилий обозначить человеческими словами свои фантазии. Одна высокоинтеллектуальная пациентка, "переводившая" для меня отрывки подобной системы фантазий, говорила мне часто: "Я знаю совершенно точно, в чем заключается дело. Я вижу  и чувствую вне, но мне пока еще совершенно невозможно найти для этого слова".

(К.Г. Юнг "Символы Трансформации")

Другие материалы по аналитической психологии: http://mojarov.ru/analytical-psychology/
Tags: выдержки из работ К.Г. Юнга, направленное мышление, фантазийное мышление
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments